Великий князь Николай Николаевич Российский (Романов); 18 ноября 1856 – 5 января 1929) был российским великим князем и генералом Первой мировой войны, сыном великого князя Николая Николаевича и внуком императора Николая I. Он был главнокомандующим частями Императорской российской армии на главном фронте в первый год войны, во время правления своего двоюродного брата, императора Николая II. Хотя Пауль фон Гинденбург высоко ценил его, он боролся с колоссальной задачей руководства военными усилиями России против Германии, включая стратегию, тактику, логистику и координацию с правительством. [3] После Горлицко-Тарновского наступления в 1915 году царь Николай сменил великого князя на посту главнокомандующего армией. Позже он стал успешным главнокомандующим на Кавказе. В 1922 году он был кратковременно признан императором в районах, контролируемых Белым движением на Дальнем Востоке России.

Семья
Очень высокий мужчина ростом 1,98 м (6 футов 6 дюймов), Николай, названный в честь своего деда по отцовской линии, императора, родился старшим сыном великого князя Николая Николаевича России (1831–1891) и герцогини Александры Ольденбургской (1838–1900) 18 ноября 1856 года. [4] Его отец был шестым ребёнком и третьим сыном Николая I Российского и его императрицы Александры Фёдоровны (1798–1860). Александра Фёдоровна была дочерью Фридриха Вильгельма III Прусского и Луизы Мекленбург-Стрелицкой.
Великий князь Николай был двоюродным братом царя Николая II. Чтобы различать их, в императорской семье великого князя часто называли «Николаша»: великого князя также называли «Николай Высокий», а царя — «Николай Короткий».

Ранняя военная
Великий князь Николай в 1870 году
Великий князь Николай получил образование в школе военных инженеров и получил офицерское звание в 1873 году. [4] Во время русско-турецкой войны (1877–1878) он входил в штаб своего отца, который был главнокомандующим. [4] Он дважды отличился в этой войне. Он продвигался по службе по всем званиям, пока в 1884 году не был назначен командиром гвардейского гусарского полка.
Он имел репутацию строгого командира, но при этом уважаемого у своих войск. Его опыт был скорее тренером солдат, чем лидером в бою. Николас был очень религиозным человеком, молился утром и вечером, а также до и после еды. Он был счастливее всего в деревне, охотясь или ухаживая за своими имениями.
К 1895 году он был инспектором-генералом кавалерии, должность, которую занимал 10 лет. [4] Его срок службы был признан успешным: реформы в подготовке, кавалерийских школах, кавалерийских резервах и пересадных службах. Во время русско-японской войны ему не предоставляли активного командования, возможно, потому что царь не хотел рисковать престижем Романовых и хотел иметь верного генерала на случай внутренних беспорядков. Таким образом, у Николая не было возможности получить опыт командования на поле боя.
Великий князь Николай сыграл ключевую роль во время революции 1905 года. С распространением беспорядков и угрозой будущего династии у царя оставался выбор: провести реформы, предложенные графом Сергеем Витте, или ввести военную диктатуру. Единственным человеком, обладавшим престижем, чтобы сохранить верность армии в таком перевороте, был великий герцог. Царь попросил его взять на себя роль военного диктатора. В эмоциональной сцене во дворце Николай отказался, достал пистолет и пригрозил застрелиться на месте, если царь не поддержит план Витте. Этот поступок сыграл решающую роль в том, чтобы заставить Николая II согласиться на реформы.
С 1905 года до начала Первой мировой войны он был командиром Петербургского военного округа. Там он имел репутацию человека, назначающего людей скромного происхождения на руководящие должности. Уроки русско-японской войны были вбиты его солдатам.

Брак
Анастасия Черногорская
29 апреля 1907 года Николай женился на принцессе Анастасии Черногорской (1869–1935), дочери короля Николая I и сестре княгини Милицы, которая была замужем за братом Николая, великим князем Петром. У них не было детей. Ранее она была замужем за Георгом Максимилиановичем, 6-м герцогом Лойхтенбергским, от которого имела двоих детей до их развода в 1906 году. Поскольку черногорцы были ярко славянским, антиосманским народом с Балкан, Анастасия укрепила панславянские тенденции Николая.

Охота
Николас был охотником. Владение борзовыми гончими было ограничено представителями высшей знати, и стаи Николая были хорошо известны. После революции собаки в его вольере были проданы новым советским правительством. За свою жизнь Николас и его собаки поймали сотни волков. Использовали пару борзоев, которые поймали волка с каждой стороны, а Николас слез с лошади и перерезал горло волку ножом. Охота была его основным занятием, и он путешествовал на частном поезде по России со своими лошадьми и собаками, охотясь во время инспекции.
Великий князь Николай не участвовал в планировании и подготовке к Первой мировой войне, чем отвечали генерал Владимир Сухомлинов и генеральный штаб. Накануне начала Первой мировой войны его двоюродный брат, император Николай II, уступил просьбам министров и назначил великого князя Николая верховным командованием. [4] Ему было 57 лет, и он никогда ранее не командовал армиями в бою, хотя почти всю жизнь провёл на действительной службе. Его назначение пользовалось популярностью в армии. Ему поручили командовать крупнейшей армией, когда-либо выпущенной на поле боя на тот момент. Он вспоминал, что «... получив императорский указ, он много времени проводил в слезах, потому что не знал, как подойти к новым обязанностям».
Великий князь Николай отвечал за все российские войска, сражавшиеся против Германии, Австро-Венгрии и Османской империи. Он решил, что их основное усилие должно быть в Польше, которая наступала на Германию, словно выступ, окружённая Германской Восточной Пруссией на севере и австро-венгерской Галицией на юге. Он планировал сначала заняться флангами, а когда они будут обеспечены безопасностью, — вторгнуться в немецкую Силезию. [9] На севере плохая координация двух вторгшихся русских армий привела к катастрофе при Танненберге. На юге они завоевали большую часть Галисии. Их дальнейшее продвижение к Силезии было заблокировано битвами на реке Висле и битвой при Лодзи. Великий герцог выбирал из различных планов, предложенных его генералами. Великий князь просил артиллерию и боеприпасы, которых у них отчаянно не хватало, поэтому не мог приступить к согласованному плану победы. Николай пришёл к власти благодаря своему царскому статусу и вере царя, что Бог направляет его решение. Ему не хватало широкого стратегического чутья и безжалостного стремления командовать всеми русскими армиями. В его штабе царила удивительно спокойная атмосфера, несмотря на многочисленные поражения и миллионы жертв. Он провалился в плане стратегии и тактики, а также логистики, выбора генералов, поддержания морального духа и получения поддержки правительства. На личном уровне он пользовался большим уважением как среди офицеров, так и солдат.
После Великого отступления русской армии начальник Генерального штаба Николай Янушкевич при полной поддержке великого князя Николая приказал армии опустошить приграничные территории и изгнать «вражеские» народы внутри. [10][11] Российские власти устраивали погромы против немецкого населения в российских городах, устраивали резню евреев в их поселках и деревнях и депортировали 500 000 евреев и 250 000 немцев в глубинку России. [11] 11 июня 1915 года в Петрограде начался погром против немцев, в ходе которого было разграблено более 500 фабрик, магазинов и офисов, а против немцев началось насилие толпы. [11] Российское военное руководство считало мусульман, немцев и поляков предателями и шпионами, а евреев — политически ненадёжными.
В результате своей неудачи царь снял великого князя с поста командующего российскими вооружёнными силами 21 августа 1915 года и принял личное командование. [12][4]

Кавказ
После ухода великий князь был немедленно назначен главнокомандующим и наместником на Кавказе (сменив графа Иллариона Воронцова-Дашкова). Пока великий князь официально командовал, генерал Николай Николаевич Юденич был движущей фигурой в русской Кавказской армии, поэтому великий князь сосредоточился на гражданском управлении. [13] Их противником была Османская империя. Пока великий князь командовал, русская армия направила экспедиционный корпус в Персию для соединения с британскими войсками. Также в 1916 году российская армия захватила крепостный город Эрзерум, порт Трапезунд и город Эрзинджан. Турки ответили собственным наступлением. Бои вокруг озера Ван были качались туда-сюда, но в итоге оказались безрезультатными.
Сообщается, что во время посещения гарнизона Кострома он встретил Саида Нурси, известного мусульманского духовного деятеля, который был военнопленным. Из-за неуважительного поведения Нурси (он отказался сначала поздороваться с великим князем, сказав, что верующие старше неверных), великий князь приказал казнить его. Но, увидев преданность Нурси своей религии во время последней молитвы, великий князь изменил своё мнение и амнистировал Нурси. [14][15][16] Однако в записях великого князя нет ничего о том, что он вообще рассматривал бы такое военное преступление. В то время он настаивал на том, чтобы царь создал колледжи для подготовки мусульманских духовенства, чтобы им не пришлось учиться за границей. [17]
Николай пытался построить железную дорогу от Русской Грузии к завоёванным территориям с целью снабжения для нового наступления в 1917 году. Но в марте 1917 года царь был свергнут, и русская армия начала медленно распадаться.

Революция
Февральская революция застала Николая на Кавказе. Император назначил его в своём последнем официальном акте верховным главнокомандующим и был тепло принят во время поездки в штаб в Могилев; однако в течение 24 часов после прибытия новый премьер-министр, князь Георгий Львов, отменил его назначение. Николай провёл следующие два года в Крыму, иногда под домашним арестом, мало участвуя в политике. По-видимому, существовали определённые настроения возглавить его силы Белой армии, действовавшие в то время на юге России, но руководители, особенно генерал Антон Деникин, опасались, что сильный монархический лидер оттолкнёт более левоориентированных членов движения. Он и его жена сбежали незадолго до Красной армии в апреле 1919 года на линкоре Британского королевского флота HMS Marlborough.
8 августа 1922 года Николай был провозглашён императором всех Русей Земским собором Приамурьского края на Дальнем Востоке, основанным Михаилом Дитерихсом. Николас уже жил за границей и, следовательно, не присутствовал. Два месяца спустя регион Приамурье пал под натиском большевиков.
После пребывания в Генуе в гостях у своего шурина, короля Виктора Эммануила III Итальянского, Николай с женой поселились в небольшом замке в Шуаньи, в 20 милях от Парижа. Он находился под защитой французской тайной полиции, а также небольшого числа верных казакских вассалов.
Он стал символической фигурой антисоветского русского монархического движения, приняв 16 ноября 1924 года верховное командование всеми российскими войсками в изгнании, а значит, и Российским Всевоенным союзом, основанным в Королевстве сербов, хорватов и словенцев генералом Петром Врангелем двумя месяцами ранее. [18] Монархисты планировали отправить агентов в Россию. Напротив, главным приоритетом советской тайной полиции было проникновение в эту монархическую организацию и похищение Николая. В первом им удалось, когда они проникли в группу шпионами (позже ОГПУ заманила антибольшевистского британского главного шпиона Сидни Рейли обратно в Советский Союз (1925), где он был убит). Однако им не удалось похитить Николаса. Ещё в июне 1927 года монархистам удалось взорвать бомбу в Лубянской тюрьме в Москве.
Великий князь Николай скончался 5 января 1929 года от естественных причин на Французской Ривьере, куда он уехал спасаться от суровых зим. Изначально он был похоронен в церкви Святого Михаила Архангела в Каннах, Франция. В 2014 году князь Николай Романов (1922–2014) и князь Дмитрий Романов (1926–2016) обратились с просьбой о переносе его останков. Тела Николая Николаевича и его жены были перезахоронены в Москве на военном кладбище Первой мировой войны в мае 2015 года. [2]

Наследие
Историк Ричард Пайпс утверждал, что он был самым выдающимся членом династии Романовых в её последние десятилетия и единственным членом семьи, пользующимся уважением и восхищением простых русских.

https://en.wikipedia.org/wiki/Grand_Duke_Nicholas_Nikolaevich_of_Russia_(born_1856)#:~:text=Grand%20Duke%20Nic holas%20Nikolaevich%20of%20Russia%20(Russian:%20%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D 0%B9%20%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87%20%D0 %A0%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2,in%20the%20Russian%20Far%20East.

Граф Георгий Иванович Рибопьер (15 [27] августа 1854[1], Царское Село, Санкт-Петербургская губерния — 4 июня 1916[1], Москва[2]) — русский общественный деятель, стоявший у истоков олимпийского движения в России[3]; крупный коннозаводчик, а также силач, борец[4] и меценат[5].
Биография
Родился в 1854 году в Царском Селе в семье гофмейстера Ивана Александровича Рибопьера (единственный сын влиятельного при дворе графа А. И. Рибопьера) и Софьи Васильевны, дочери генерала от кавалерии князя В. С. Трубецкого. Двоюродный брат княгини Зинаиды Юсуповой.

Детские и юношеские годы провел в Италии, в 16 лет вернулся в Петербург. Находился на военной службе — служил в гусарском полку преподавателем гимнастики. Во время Русско-турецкой войны был тяжело ранен.

После смерти отца в 1871 году унаследовал имение Банное в Новороссии (ныне город Святогорск), где завёл скипидарный и лесопильный заводы. Минеральные источники этого имения имели славу лечебных и привлекали ищущих курортного лечения.

В 1879 году Рибопьер основал в Банном свой конный завод и позже был президентом Московского императорского общества скачек. Внёс существенный вклад в развитие конного спорта в стране. Сам участвовал в скачках и разводил на своих конных заводах породистых рысаков[3].

В 1896 году в Санкт-Петербурге граф Рибопьер возглавил добровольное атлетическое общество[4], собрав многих силачей-единомышленников в одном месте. Главный редактор-издатель и журналист спортивного журнала «Геркулес» атлет-гиревик и борец И. В. Лебедев так охарактеризовал энтузиаста атлетики Рибопьера: "Если доктор В. Ф. Краевский был отцом русской атлетики, то граф Рибопьер был её «кормильцем», он вложил в развитие русского спорта более 100 тысяч рублей[5].

С 1911 года товарищ председателя Российского олимпийского комитета.

С 1913 года член оргкомитета Первой Всероссийской олимпиады в Киеве.

С 1914 года член оргкомитета Второй Всероссийской олимпиады в Риге.

Наиболее известен граф Рибопьер своим вкладом в развитие в России тяжёлой атлетики и спортивной борьбы. Так, в 1897 году в принадлежавшем ему петербургском манеже прошёл первый всероссийский чемпионат по тяжёлой атлетике. Георгий Иванович был главным судьёй на семи тяжелоатлетических чемпионатах России (1900—1903, 1906, 1909, 1911) и спонсировал поездку на IV Олимпийские игры в Лондон четырёх борцов, которые завоевали первые две серебряные медали в истории России.

Умер в 1916 году предположительно в одном из своих имений. Был похоронен в Москве на кладбище Новодевичьего монастыря, участок 3, ряд 1. Заброшенную могилу забытого выдающегося мецената случайно обнаружил историк спорта Владимир Воронин, который приложил немалые усилия по созданию нового надгробного памятника, торжественно открытого 20 июня 2007 года на Новодевичьем кладбище.

Георгий Иванович был последним представителем рода Рибопьеров в России. Он состоял в браке с Александрой Иосифовной Панда и имел единственную дочь Софью (1902—1964). Его внучка Тамара Арчиловна Вачнадзе живёт во Франции[3]. В конце олимпийского 2014 года в Новом Селе Вяземского района Смоленской области (бывшее наследственное имение графов Рибопьер) в честь Г. И. Рибопьера был установлен памятный информационный знак.